Говорите по-осетински: сайт для интересующихся осетинским языком

Осетинский форум | Осетинская Википедия | Осетинские словари


Поиск по словарю:

Сказания о нартах. Осетинский эпос. Издание переработанное и дополненное. Перевод с осетинского Ю. Либединского. С вводной статьёй В. И. Абаева. М, «Советская Россия», 1978. Оглавление и скан в формате djvu »»

Нартовский эпос осетин

Нарт Зиваг, ленивец, и красавица Агунда, дочь Бурафарныга из рода Бората

Два нартских рода — Ахсартаггата и Бората — жили по соседству. В роду Ахсартаггата было много доблестных мужчин, но жили они победнее, чем Бората. Зато в роду Бората мужчины были слабее. Но и среди Ахсартаггата проживал один никчемный нарт, и звали его Зиваг, что значит «ленивец».

Однажды все именитые мужи Ахсартаггата ушли в поход, и в домах Ахсартаггата даже дров не стало, так как некому было ездить за ними в лес. А Зиваг не хотел работать и даже не выходил из дома. Лежал все время на боку и даже ел лежа. Женщинам Ахсартаггата надоело топить дровами, которые они выпрашивали у соседей, и одной из них пришло в голову: давайте, мол, запряжем волов, положим Зивага на арбу и погоним волов прочь из дому. Или Зиваг пропадет, или уж привезет откуда-нибудь дров.

Запрягли две пары волов, одну арбу привязали позади другой, в заднюю арбу положили Зивага, который даже и не проснулся, и погнали волов прочь из селения. Пришли волы в глубь леса, куда они привыкли ходить за дровами. Пока волы шли, Зиваг спал, и так проспал целый день. А когда волы остановились, он проснулся, видит — уже солнце клонится к вечеру.

«Теперь гибель моя пришла», — сам себе сказал Зиваг. Что делать? И он взмолился:

— Прошу я, Бог, такой милости, чтобы мои две арбы наполнились самыми лучшими дровами и чтобы волы сами повернулись головами к селению!

А у нартов был такой дар: о чем они ни попросят Бога, то исполнится. И тут же исполнилось то, о чем просил Зиваг: обе арбы оказались полны дров и волы повернулись головами к селению. Волы тронулись, и Зиваг беззаботно развалился на дровах.

Волы шли себе и шли, и под конец пришли в селение нартов. Дорога из лесу пролегала мимо башни Бурафарныга из рода Бората. Как только арбы достигли этой башни, дочь Бурафарныга красавица Агунда посмотрела с вершины башни и расхохоталась:

— Вот так чудо! Каких два огромных воза дров привез этот никчемный нарт из рода Ахсартаггата!

Обиделся на это Зиваг, посмотрел он вверх на красавицу Агунду и сказал:

— Агунда, дочь Бурафарныга из рода Бората! Ты издеваешься надо мной. Так пусть в наказание за обиду, которую ты мне нанесла, случится такая беда, что ты родишь ребёнка, не познав мужчины. И все нарты будут смеяться над тобой.

И волы, волоча возы с дровами и Зивагом, лежащим на дровах, добрались до дому. Женщины Ахсартаггата были очень удивлены и обрадованы и говорили между собой:

— Посмотрите, сколько дров привез нам Зиваг!

А Зиваг слез с арбы, вошел в дом, сел у очага и сказал женщинам:

— А вы что думали, я пропаду?

Проклятие Зивага над дочерью Бурафарныга красавицей Агундой вскоре исполнилось, она оказалась беременна. Каково это было Бурафарныгу! Многие сватались к его дочери, и он всем отказывал, не находя достойного для нее человека. А теперь — что за позорное дело случилось! Да и семи братьям Агунды было нелегко, когда среди нартов разнеслась молва, что красавица Агунда беременна неизвестно от кого. Девицу спросили, как это с ней случилось и от кого она понесла. Дгунда сказала:

— Никого я не знаю и ничего я не совершила! Но было так, что посмеялась я раз над Зивагом из рода Ахсартаггата, и он проклял меня: «За то, что ты надо мной посмеялась, наступит такой день, что ты, не познав мужчину, родишь ребенка!»

— На свете нет никого хуже Зивага Ахсартаггата, — говорили Бората. — И если в нем причина этой беды, так надо уничтожить и его, и Агунду.

— Еще не было такого случая у нартов, надо тут рассудить, — говорили нарты.

Передали дело судьям, и те рассудили так: зашить Зивага и Агунду в буйволиную шкуру и бросить их в реку. К тому времени у Агунды родился сын, и его решили оставить при матери: пусть разделит ее судьбу!

Целиком, как для бурдюка, содрали шкуру с буйвола, чтобы зашить в нее Зивага, Агунду и ее сына и бросить всех в реку. Тогда Агунда сказала:

— Вот вы нас губите, хотя мы ни в чем не виноваты, но, говорят, невинный и в реке не тонет. Всяко бывает! Потому дайте мне взять с собой мои вещи: ножницы, иголку, наперсток и нитки. Может, все это еще понадобится мне.

Люди согласились исполнить ее просьбу. Потом их втроем зашили в буйволиную шкуру и бросили в большую реку.

Кто знает, как долго несла их река, но под конец выбросила их на берег. Поняв это, Агунда попросила Зивага:

— Сын Ахсартага, кажется, что мы теперь уже не на воде. Если бы ты выглянул наружу…

— Ой, дочь Бурафарныга Бората, не жди от меня таких трудных дел, делай сама, что придумала.

Тогда Агунда взяла ножницы, разрезала буйволиную шкуру по шву, и они вышли наружу.

— Вот мы на твердой земле, — сказала Агунда Зивагу. — И надо, чтобы не лил на нас дождь и не жгло нас солнце. Давай построим шалаш и натянем на него эту буйволиную шкуру.

— Нет, не жди от меня ничего! Если что задумала сделать, делай сама, — ответил Зиваг.

И бедняжка Агунда кое-как построила шалаш и накрыла его буйволиной шкурой.

— Теперь у нас есть кров. Но что нам делать, чтобы раздобыть пищу? — спросила Агунда. — Я уже испытала, какой у тебя есть дар, так попроси, чтобы мы не умерли с голоду.

И взмолился Зиваг:

— О Бог, ты видишь, мы были невинны, и все же нарты хотели нас погубить! Ты нас спас, так не дай нам погибнуть!

И сразу перед ними оказалась пища, и они насытились, — а как же иначе?

Так и зажили они. Мальчик подрос, сделал себе лук, сызмальства начал охотиться. Убивал он зайцев и прочую мелкую живность. Ведь охотиться на оленей у него еще сил не хватало. Один раз мальчик, вернувшись с охоты, сказал:

— Вон там, на высоком месте, вышел я на чудесную поляну. Давайте перейдем туда жить!

Перенесли они свой шалаш и стали жить на новом месте. Сколько там прожили, кто знает, но вот Агунда сказала Зивагу:

— Ну-ка, пошевеливайся! Неужели тебе твой чудесный дар понадобился только для того, чтобы взвалить на меня свою обиду? Доколе мы будем жить в шалаше? Помолись, чтобы для нас здесь воздвигся красивый дом.

Даже молитва казалась Зивагу таким трудным делом, будто ему приходилось платить за нее большие деньги. Но женщина не давала ему покоя, и он взмолился:

— Боже, сделай так, чтобы здесь воздвиглась бы для нас высокая башня и железный замок!

И молитва его тут же исполнилась. Высокая башня и железный замок встали перед ним.

Живут Агунда и Зиваг в этом замке, стали даже и хлеб засевать. Мальчик подрастал и охотился.

— Есть у нас и дом и пища, — сказала опять Агунда. — Но хорошо бы иметь нам табуны коней, отары овец и стада коров вместе с пастухами.

И стоило Зивагу опять помолиться, как на равнине возле замка появилось все то, о чем он просил. Стали они жить-поживать, — а как же иначе?

Поднялся раз отец Агунды Бурафарныг на вершину своей башни и оглядел все вокруг. И вдруг увидел, что далеко в степи, где раньше никто не жил, поднялась высокая башня и рядом с ней замок. Пришел Бурафарныг на нихас и сказал:

— Поглядите-ка, нарты, вон в ту сторону: ведь там никогда никто не жил. А теперь там виднеется башня. Что бы это могло значить?

Старики, сидевшие на нихасе, потолковали, поговорили и решили, что надо бы послать туда и разведать, кто там живет. Род Ахсартаггата послал Сослана, а род Бората — Бурафарныга.

Приехали разведчики к берегу большой реки и видят: на том берегу башня, и замок при ней. Попытались Сослан и Бурафарныг перебраться через реку, но кони их не шли в глубокую воду, и они вернулись домой. Агунда видела, как искали они брода, и сказала Зивагу:

— Без соседей не сможем мы жить, а кто к нам сюда доберется? Потому проси у Бога, чтобы через реку перекинулся мост, тогда возле нас поселятся люди.

Помолился Зиваг, и перекинулся через реку крепкий мост.

Поехали раз на охоту нарты, четверо Ахсартаггата и четверо Бората. Были среди них Сослан и Бурафарныг. Случайно оказались нарты поблизости от того места, где жили Зиваг и Агунда. Смотрят, в том месте, где искали они брода, перекинут через реку крепкий мост. Удивились Сослан и Бурафарныг: кто его так быстро построил? Перешли нарты по мосту, чтобы узнать, что за башня и железный замок. Когда приблизились они к замку, оттуда выбежал мальчик и повел их в гостевую.

Агунда, конечно, узнала нартов, но не вышла к ним.

— Скажи хозяину, что мы хотели бы его повидать, — передали нарты через мальчика.

Мальчик рассказал матери их просьбу.

— Скажи им, что хозяин уехал в поход и вряд ли даже через неделю вернется, — ответила Агунда.

Выслушав мальчика, нарты сказали:

— Мы его и неделю подождем!

Целую неделю, от одного сегодня до другого сегодня, угощала нартов Агунда. Кушанье за кушаньем, напиток за напитком посылала она им. Но сама к ним не показывалась, и прислуживал им мальчик. И тогда Сослан сказал Бурафарныгу:

— Они уже неделю кормят нас, а хозяина дома все не видно. Пора нам уехать.

— Едем, — сказал Бурафарныг. — Зайди и поблагодари хозяйку.

Сослан зашел в ту комнату замка, где горит огонь в очаге.

Агунда сидела у очага, но даже лица своего не открыла и ни единого слова ему не сказала. И даже не предложила ему запаса пищи, которую полагается дать гостю в дорогу. Нахмурил брови Сослан и вернулся к своим товарищам в гостевую.

— Что с тобой? Чего ты так нахмурился? — спросил Бурафарныг.

— Хозяйка была ко мне неприветлива — так чему же мне радоваться? — ответил Сослан.

— Не уеду я отсюда, не повидав этой хозяйки, — сказал Бурафарныг. — Если она поначалу оказала нам такой ласковый прием, значит, за что-то она рассердилась на нас. — Пошел Бурафарныг к хозяйке, но только он глянул в дверь комнаты, где горел огонь в очаге, сразу узнал он свою дочь. Крепко обнялись они.

Оленье бедро и кувшин с ронгом поднесла Агунда Бурафарныгу, и Бурафарныг принес все это как дар хозяйки своим товарищам. И стал он смеяться над Сосланом:

— Ты считаешь себя среди нас самым доблестным, а теперь видно, кто из нас настоящий мужчина. Хозяйка на тебя как следует даже и не взглянула, и слова тебе не сказала, и подарка тебе не поднесла, а видишь, какой она мне прием оказала! Будешь ли ты после этого считать себя более достойным мужчиной, чем я?

Сослан не спускал обиды никому. Схватился он за рукоять меча и, конечно, натворил бы бед, но Бурафарныг рассмеялся и сказал ему:

— Эх, Сослан, да ведь хозяйка этого дома приходится тебе невесткой! По обычаю она стесняется тебя, потому и не глядела она на тебя и не заговорила с тобой.

И когда Сослан и нарты поняли, что случилось, очень обрадовались они. И еще лучшие блюда стала посылать им Агунда.

— Вот досада какая: ведь здесь живут свои, нартские люди, и мы об этом не знали! — сказал Сослан. И обратившись к мальчику, он попросил: — Иди и скажи хозяйке: в этом доме, наверное, и хозяин есть, пусть она его покажет нам!

Мальчик передал матери слова Сослана:

— Ну, пусть тогда придут к нашему хозяину, — сказала Агунда.

А сама пошла к Зивагу, который по своему обыкновению лежал.

— Они придут к тебе, и ты скажи им так: не стоите вы того, чтобы с вами разговаривать и чтобы ради вас вставать с постели. Вы хотели погубить нас, невинных, но видите, невинный и в воде не тонет.

Когда Сослан и с ним другие нарты зашли к Зивагу и узнали его, он им сказал все то, чему научила его Агунда. Молча выслушали они его. Потом Зиваг спросил их:

— А как вы сейчас живете?

— Живем, как прежде жили, — ответили нарты.

— Если так, то поселяйтесь вот здесь, рядом с нами, как-нибудь проживем.

И тут Сослан и Бурафарныг, поняв, что справедливы были слова Зивага и что оба они с Агундой невинны и Бог потому наградил их, печальные вернулись в селение нартов.

Люди собирались вокруг охотников и спрашивали, где они были столько времени. Охотники рассказали, как хорошо живут те самые, кого они хотели погубить, и нартам стало стыдно.

— Мы сами перед ними виноваты, неправилен был наш суд! Верно говорят: невинный и в воде не тонет.

После этого нарты стали часто навещать Агунду и Зивага. Им понравилась местность, где стоял замок. И некоторые нарты решили туда переселиться. Агунда пришла к Зивагу и сказала:

— Попроси-ка у Бога дома для тех людей, которые хотят стать нашими соседями.

Зивагу не хотелось делать этого, он еще зол был на нартов, но женщина опять взяла верх над его ленью, и он помолился:

— Прошу тебя, Бог, пусть ниже нас по течению реки построится много домов, но чтобы ни один не был лучше нашего!

Все стало по этой молитве. В новом селении поселились Ахсартаггата и Бората и стали жить дружно.


Сказания о нартах. Оглавление »»